Быстрая запись на прием
Запись по телефону:
Не смогли к нам дозвониться? Отправьте свой номер, мы Вам перезвоним! (по Украине)
Ваш запрос был отправлен
Результаты анализов
Результаты анализов:
Анализы не найдены
Поиск по сайту
Карта сайта
Диагностика клещей
Диагностика клещей
Ваши отзывы
Ваши отзывы

Клинические дневники доктора Маркова - Июнь 2009

Поиск в дневниках доктора Маркова по ключевым словам
Клинические дневники доктора Маркова: Май 2009

Прививаемся…
Близнецы.
Спасибо, доктор!
«Неизлечимая болезнь»
ПИФ-паф, ой-ой-ой, хламидийный геморрой.
Закон парных случаев.
Нефродисбактериоз.
«Помощница доктора».
Последняя надежда.
Простое чудо.
Ошибка.
Псевдохламидиозный триптих.
Отпускаю на свободу.
Генитальный герпес: неожиданный поворот.
Прощай, дисплазия!

Вторник 2 июня 2009 года.

Прививаемся…

Алеша, 2,5 года, повторный прием. Первый раз обратились в клинику полгода тому назад. История была простая. Примерно в возрасте одного года в киевской частной детской клинике ребенка начали прививать по индивидуальному графику вакцинации. На первое же введение вакцины Инфанрикс (отличная вакцина, которая у правильно подготовленных и обследованных детей никаких побочных реакций, в том числе повышения температуры, вообще не дает – И.М.) последовала первая температурная реакция (до 39° С). Тут бы лечащему врачу и задуматься бы. Ан нет. Уже через месяц ребенка прививают Инфанриксом второй раз. И после этого температура повысилась уже до 40° С и в течение 12-ти часов ничем не сбивалась. У ребенка было сумрачное состояние, заторможенность, фебрильные судороги (реакция на запредельную температуру - И.М.). Семья пережила не лучшие часы своей жизни.

Мама в панике отказалась от прививок. Только спустя почти год, немного успокоившись от пережитого, обратилась к нам в клинику для обсуждения вопроса возможности дальнейшей вакцинации ребенка. Тем более, что после того перенесенного кризиса у ребенка стала появляться немотивированная субфебрильная температура (37,0-37,2° С). Мы провели полное протокольное обследование ребенка, которое обычно проводим перед прививками (см. на сайте клиники – И.М.). Оказалось, что у Андрюши есть хроническая EBV-инфекция в латентной форме, которая не могла дать такую реакцию. И вообще отсутствует цитомегаловирусная инфекция, которой особенно можно было опасаться в связи с перенесенным приступом судорог (которые, к счастью, больше не повторялись). А вот при бакпосеве мочи мы легко c первого раза обнаружили кишечную палочку (E.coli), которая и была причиной той двойной температурной реакции на прививку и последовавшего субфебрилитета. Т.е. у ребенка был скрытый эшерихиозный нефродисбактериоз (дисбактериоз в почках – И.М.), который прозевали педиатры клиники, в которой ребенка начали прививать полтора года тому назад.

Мы приготовили ребенку аутовакцину из выделенной кишечной палочки и пролечили его. Температура быстро нормализовалась. И вот, спустя 3 месяца после окончания лечения, трижды проведенные контрольные бакпосевы мочи показали, что все нормально: все бакпосевы пришли отрицательными, стерильными, как и должно быть у здорового ребенка. Нормальным был и общий анализ мочи. В латентной форме оставался и EBV.

Поэтому сейчас придет педиатр и распишет для Андрюши индивидуальный график окончания его прививок: дифтерия, столбняк + КПК. Полиомиелит, коклюш и гемофильную палочку прививать не будем, потому что гемофильная инфекций уже ребенку не угрожает; полиомиелит не нужно, потому что эта инфекция вообще относится к исчезающим и в ближайшие годы прививки против нее вообще могут отменить. А коклюш прививать мама боится, а мы и не будем настаивать. Еще не будем прививать гепатит В: оказалось, что ребенок уже трижды от него привит. Таким образом, ребенок скоро пойдет в детский сад и будет здоров. А все перенесенные прививочные страсти останутся позади, потому что сегодня противопоказаний для прививок у ребенка нет.

Ключевые слова: вакцинация, реакция на прививку, нефродисбактериоз, субфебрилитет, аутовакцина.

Близнецы.

Сегодня у меня была повторная консультация, Тарас и Богдан. Обоим мальчикам по 1,5 года. Богдан лежит в больнице, он нежизнеспособен, он на аппаратном дыхании. У него глубочайшее врожденное поражение ЦНС: дисплазия мозолистого тела. Лариса Григорьевна, наш консультант - доктор невролог, сегодня уточнила, что эта область головного мозга формируется на 4-й неделе, а не на 16-й (как прочитала мама в Интернете). И при обследовании на врожденные инфекции, оказалось, что у больного Богдана вообще нет врожденных инфекций (сегодня мы это перепроверили и подтвердили повторно). А у Тараса, который клинически здоров, была обнаружена врожденная ЦМВ-инфекция, которая до сих пор сохраняется в репликативно активной форме (вирус обнаружен методом ПЦР в слюне и в моче). А при бакпосеве мочи был также обнаружен протей, который давно переживет в почках (нефиродисбактериоз). Это, кстати, типичное сочетание: врожденная цитомегаловирусная инфекция и хроническая бактериальная инфекция в почках. Вирус цитомегалии, излюбленным местом переживания которого в организме человека являются именно почки, как паровоз тянет за собой вагончики из различных бактериальных инфекций. Из анамнеза ребенка также выяснили, что раньше у него уже были следы белка и повышенное содержание лейкоцитов в моче, чему не придали особого значения. Поэтому Тарасу, пока он клинически здоров, противопоказаны всякие профилактические прививки. Потому что, именно после прививок происходит активация врожденной ЦМВ инфекции, которая приводит (а не сама прививка – И.М.) к различным тяжелым поражениям ЦНС (задержки в развитии, энцефалит, детский церебральный паралич, аутизм). То есть, если бы, не дай Бог привили Тараса, семья могла бы потерять и второго близнеца.

Ну, и к вопросу о том, почему из двойни вирус цитомегалии, как правило, выбирает только одного ребенка. В данном случае как будто существовал внешний парадокс: вирус выбрал здорового ребенка, а ребенок, который находится просто в состоянии глубокой и безнадежной инвалидности, похоже, этим вирусом не поражен. Однако, тут я должен вспомнить одну давнюю историю, которой уже более 7 лет.

В клинике наблюдалась семья из Западной Украины. У женщины, Нади, был отягощенный акушерский анамнез: 2 потерянные беременности из-за выкидышей и смерть ребенка на первом месяце жизни. После проведенного обследования на TORCH-инфекции была запланирована и наступила следующая, четвертая беременность. На 3-4 недели, в обычные сроки при плановом обследовании на активность хронических герпесвирусов, была выявлена активная форма ЦМВ инфекции. Надя, по личным обстоятельствам, приехать на лечение в Киев не смогла, и на несколько месяцев вообще выпала из поля зрения. Повторно в клинику женщина обратилась на 24 недели беременности и в связи с повторно выявленной активной формой той же ЦМВ инфекции прошла курс лечения препаратом Цитобин (специфический иммуноглобулин против ЦМВ). Окончание беременности протекало спокойно и по результатам проведенных анализов пуповинной крови (обычная практика в случаях завершения наблюдения женщины по поводу TORCH-инфекций во время беременности – И.М.) ребенок родился не инфицированным цитомегаловирусом. Но… с внутриутробным пороком развития: заячья губа и волчья пасть. Если бы мы не обследовали женщину в первые недели беременности на инфекции, история появления этого порока развития осталась бы неизвестной. А так, картина была ясной: цитомегаловирус, активизировавшийся в ранние сроки беременности, в период закладки и формирования основных органов и систем ребенка, привел к появлению грубого внутриутробного порока развития. А затем, в связи с отсутствием органов и систем, необходимых для его фиксации и дальнейшего размножения, был элиминирован (удален) из эмбриона будущего ребенка. Повторная активизация вируса, которая произошла на 24 недели беременности, была нейтрализована проведенной противовирусной терапией. И ребенок, родившийся формально не инфицированным, сохранял признаки суперранней активации инфекции в виде врожденного порока развития. В возрасте 3-х лет ребенок был успешно прооперирован, сегодня ходит в школу, внешне и клинически здоров.

Поэтому, возвращаясь к настоящей истории о близнецах, можно предположить, что в данном случае вирус поразил обоих деток. Только Богдана вирус «выбрал» на 4-ой недели внутриутробного развития, оставив его полным инвалидом и полностью лишив надежды на нормальную жизнь. А Тараса, - на последнем триместре внутриутробного развития, при этом оставаясь клинически бессимптомной инфекцией. И только от врачей сегодня может зависеть дальнейшая судьба этого ребенка. Клинически бессимптомная ЦМВ инфекция, по нашим данным, если ее своевременно пролечить или хотя бы исключить провоцирующие ее факторы, в первую очередь – прививки, к 4-5 годам жизни ребенка навсегда переходит в латентную (скрытую) форму и, как правило, больше не может угрожать жизни и здоровью ребенка.

Ключевые слова: врожденная цитомегаловирусная инфекция, внутриутробные пороки развития, цитобин, нефродисбактериоз, прививки.

Спасибо, доктор!

Девочка Света, 9 лет из Шепетовки Хмельницкой области. Повторный прием. Первый раз была в клинике с мамой больше года тому назад - 20 марта 2008 года. На тот момент на протяжении трех лет, начиная с 2006-го, страдала тяжелейшим уро-генитальный дисбактериозом с формированием вторичных очагов бактериального воспаления в виде хронического пиелонефрита, хронического цистита с недержанием мочи. Регулярно 3-4 раза в году проходила стационарное лечение, не считая постоянного амбулаторного. И практически каждый раз получала по 2-3 антибиотика. Без всяких признаков улучшения или нормализации состояния: ничто, казалось, не могло уже остановить это постоянное недержание мочи, которого девочка даже не замечала. При проведении бакпосевов мочи в клинике были выделены бактерии кишечной группы (протей и энтеробактер), которые и вызывали это хроническое воспаление. Приготовили аутовакцину и отправили девочке по месту жительства, где она и прошла курс лечения.

И вот первое, что сказала сегодня мама: «Спасибо, доктор! За целый год, который прошел с момента окончания лечения (лечение закончили 5 июня 2008 года – И.М.), девочка ни разу не попала в больницу, ни разу не глотала антибиотики». При этом с мочеиспусканием почти все стало нормально. Хотя признаки недержания периодически и появляются, но уже скорее как неприятный эпизод, а не как правило.

При контрольных бакпосевах мочи дважды из трех в клинике была выделена E.coli (кишечная палочка). Т.е. с протеем и энтеробактером справились, а дисбактериоз еще остался (типичная ситуация – И.М.). Сохранялись лабораторные признаки воспалительного процесса в мочевом пузыре: лейкоциты в анализе мочи по Нечипоренко - 62 млн. (норма – до 4 млн), эритроциты - 1,775 млн (норма – до 1 млн); в общем анализе мочи - следы белка 0,033. Будем готовить аутовакцину для второго курса иммунизации. Но мама предупреждена, что для полного выздоровления интервалы между вакцинацией вначале лечения должны быть не 12, а не более 6 месяцев.

Ключевые слова: нефродисбактериоз, хронический цистит, недержание мочи, аутовакцина

«Неизлечимая болезнь»

Чудная девочка Рита, 30 лет. Половую жизнь начала в 19 лет. Еще в девичестве у Рита были явления молочницы, а в дошкольном возрасте - явления цистита (часто бегала писать), а мама подмывала ее травками (вот там были истоки этой «молочницы», а по сути – уро-генитального дисбактериоза – И.М.).

Потом началась половая жизнь. С одним партнером Рита имеет отношения почти 11 лет. И вот в октябре 2008 года после перенесенной ангины и приема антибиотиков явления молочницы резко усиливаются. Разумеется, это вызывает беспокойство, потому что это нарушает комфортность половой жизни и жизни вообще. И Рита идет к доктору, разумеется - к гинекологу. У доктора очень красивый подчерк, но при этом признаки профессионального ума в голове практически отсутствуют. Рите назначают по полной программе исследования на половые инфекции, в том числе на уреплазму, микоплазму и ВПЧ, которые к проблемам Риты априори никакого отношения не имеют и иметь не могут. Ну, например, так же, как обследование мужчины с баланопаститом (воспаление головки полового члена и крайней плоти) на ИППП (полное профессиональное безумие – И.М.).

Так происходит и в данном случае. У Риты находят папилломавирус 16 типа. Я объяснил Рите и повторю еще раз для всех: не имеет и не может иметь ВПЧ ни малейшего отношения к молочнице (дисбактериозу) с ее выделениями, зудом и другими признаками бактериального воспаления по механизму его жизни в организме человека. Тем более, что доктор смотрит Риту на кресле и говорит, что никаких проявлений ВПЧ он вообще не видит.

Но, тем не менее, назначает полную программу противовирусного лечения от ВПЧ, включая уколы в область шейки матки (садист – И.М.). При этом запрещает «открытую» половую жизнь, которая до этого была открытой более 10 лет. Через 2 месяца Рита сдает анализы повторно, и «о, ужас» - уже обнаруживают не один, а 3 вируса сразу. Если вначале был 16 тип ВПЧ, то после лечения «обнаруживают» уже 16, 31, 59. Разумеется, Рита получает от лечащего врача весь пласт информации, которую обычно дают гинекологи женщинам о ВПЧ, смыслом которой является сообщение о том, что «эта ВПЧ-инфекция всегда заканчивается исключительно раком».

Доктор настойчиво объясняет Рите, что такие женщины, как она, у которых выделили ВПЧ, у доктора находятся «на особом счету». Постоянно, просто пожизненно наблюдаются, сдают анализы, проходят курсы лечения. И только это лечение помогает, потому что вирус после этого «замирает». А если регулярно не проходить лечение – «сама понимаешь, чем это закончится».

Разберем полеты. Анализы, которые сегодня делают на ВПЧ (ПЦР методом), не позволяют дифференцировать активную или неактивную формы ВПЧ (это для доктора, если она это будет читать этот дневник – И.М.). Поэтому, положительный результат ПЦР в любом случае является всего лишь признаком наличия вируса, а не его активности. А отрицательный результат после этого не является признаком излечения - просто вирус не попался. Потому, что удалить ВПЧ из организма человека не возможно никакими методами лечения, так же как и герпесвирусы. Поэтому все псевдонаучные рассуждения врача в данном случае не более, чем развод чистой воды с одной целью: парализовать волю пациентки выдуманными страшилками, чтобы как можно дольше «попользовать» затем человека, а, вернее, его кошелек.

Самое интересное, что половой партнер Риты, с которым она прожила почти 11 лет, дважды сдавал анализы на ВПЧ. И у него вообще ничего не было обнаружено. У Риты возник естественный вопрос: ну как такое может быть? Ответ простой: такого быть не может. Либо ошибка в анализах Риты, либо ошибка в анализах партнера. Либо, что самое правильное, эту тему вообще надо закрыть. Потому что клинических проявлений (папиллом, кандилом) ни у Риты, ни у партнера нет и не было. Предохраняться при половых контактах из-за того, что Рита якобы может заразить партнера ВПЧ – это еще одно безумие доблестного гинеколога с красивым подчерком. Потому что 80% взрослых являются здоровыми носителями ВПЧ и проблемы при этой инфекции возникают не в связи с заражением, а в связи с ослаблением иммунитета к этому вирусу. Мы же не предохраняемся, если у кого-то есть цитомегаловирусная инфекция или EBV-инфекция. А она тоже может передаваться половым путем.

Но в этой истории, к сожалению, все было неправильно. Несмотря на то, что проблемы Риты ни на одну секунду не были связаны с ВПЧ, ей расписали второй курс противовирусной терапии. Опять дорогостоящие препараты, опять с тяжелым побочным пирогенным эффектом. Потому что на лаферон у нее была температура до 40 ºС, и она неделю была практики нетрудоспособна. А жалобы после этого оставались прежними. И когда речь зашла о третьем курсе подобного лечения, Рита для себя решила, что больше она к этому доктору не пойдет...

Диагноз «уро-генитальный дисбактериоз» Рита поставила себе сама, прочитав подобные наблюдения в моих «Клинических дневниках…». Поэтому и пришла клинику на прием. Каждый раз, когда происходят подобные истории, я вспоминаю классический в этом плане анекдот: странно, почему он говорил слово «хвакт», если ему легко удавалось слово «фост». Почему люди без медицинского образования легко ставят себе правильный диагноз, а врачи, которые 6 лет учились в мединституте, не могут разобраться в элементарных вещах.

Проблема Риты действительно называется уро-генитальный дисбактериоз. Возникла она у нее еще в дошкольном возрасте и только активизировалась с началом половой жизни. Но никакого отношения к ИППП, как и к ВПЧ, не имела и иметь не могла. Мы сделаем бакпосевы, выделим эти бактерии (а эти анализы ей ни разу не сделали за все время болезни!). И пролечим ее дисбактериоз, не используя антибиотики, которые в данном случае полностью противопоказаны. И вернем этим молодым людям радость половой жизни. Простое решение сложной жизненной ситуации, спровоцированной неграмотными действиями лечащего врача. Бог ей судья.

Ключевые слова: уро-генитальный дисбактериоз, молочница, ВПЧ.

ПИФ-паф, ой-ой-ой, хламидийный геморрой.

Красивая девушка Молли, 31 год. Жила себе, жила, и все было в порядке. Но в 2002 году после вакуум-аборта появились небольшие проблемы: выделения из влагалища, зуд, жжение, дискомфорт. В 2005 году обратилась в городской кожвендиспансер. Методом ПИФ (реакция прямой иммунофлюоресценции: метод исследования на инфекции, которому более 50 лет, который морально устарел и нигде в цивилизованном мире больше не используется и который дает 40-50% ложно положительных результатов – И.М.) были «обнаружены» хламидии. Провели первый курс лечения антибиотиками. Из-за невыясненного источника заражения (партнер настаивал, что у него все в порядке, и от одновременного лечения отказался) с любимым человеком пришлось расстаться.

В 2006 году это исследование (методом ПИФ) в том же КВД повторили и… «обнаружили» хламидии снова. Расписали и провели вторую схему лечения уже тремя антибиотиками. Хламидии после этого в 2007-2009 г.г. методом ПИФ были обнаружены еще дважды, что говорило якобы о том, что лечение не эффективно из-за «высокой устойчивости инфекции» (со слов пациентки).

Как правило, события с такой «глубиной залегания» можно оценить только с приблизительной точностью на основании предыдущего клинического опыта, который в данном случае говорил о высокой вероятности ошибки в анализах, диагнозе и назначенном лечении. Но, рассматривая анализы 3-хлетней давности, я обнаружил результаты, которые позволяли совершенно точно ответить на главный вопрос: а был ли мальчик, т.е. заражение хламидиями вообще. Еще в том же 2006 году перед вторым курсом лечения Молли сделала дважды анализы методом ПЦР на хламидии и один раз - на антитела IgG к хламидиям в лаборатории, которая использует тест-систему, которая может давать ложно позитивные результаты, но никогда не дает ложно негативные результаты. И все анализы (и ПЦР, и на антитела) оказались отрицательными. Эти результаты на 100% исключали у пациентки наличие хламидиоза в 2005-2006 г.г., когда начиналась эта печальная история.

В 2009 году ПИФ опять дал положительный результат и женщине было снова рекомендовано пройти следующий курс лечения антибиотиками в связи с «хронической, устойчивой к препаратам хламидийной инфекцией». При этом первый раз за время болезни и лечения был проведен бакпосев мазка из влагалища и выделен фекальный стрептококк. Начиная с весны 2009 года, появилась сильная боль в тазобедренных суставах, почувствовала быстро нарастающую слабость, повышенную утомляемость, мучительную приступообразную головную боль, общую разбитость, что объясняли «тяжелой хронической хламидийной инфекцией».

Потеряв доверие к прежним лечащим врачам, Молли пришла в клинику с просьбой, пролечить у нее хламидии. На что я сказал, что по предварительным данным, хламидий у нее нет и не было. Мы возьмем у нее бакпосевы, тесты на аутоиммунные и системные заболевания, потому что уже имеются признаки реактивного поражения суставов, и, конечно же, - кровь на антитела к половым хламидиям. Основной же диагноз: синдром хронической бактериальной интоксикации с реактивным артритом, обусловленный уро-генитальным дисбактериозом. И никакой связи с ИППП.

(Дальше будет).

Дальше было. Тесты на антитела IgG и IgA к хламидиям оказались отрицательными, что исключало наличие этой инфекции у пациентки в течение как минимум последних 6 месяцев. Тесты на аутоиммуносистемные заболевания также оказались отрицательными, что облегчало задачу лечения. А при бакпосевах были выделены кишечная палочка и фекальный стрептококк, на основании которых мы приготовим Молли аутовакцину и пролечим ее, чтобы она наконец забыла весь этот пережитый кошмар.

Ключевые слова: хламидиоз, ПИФ, уро-генитальный дисбактериоз, синдром хронической бактериальной интоксикации, аутовакцина.

Закон парных случаев.

У меня на этой неделе была молодая женщина Альбина, 25 лет из Одессы: десять лет «безуспешного» лечения от «неизлечимой» инфекции. А теперь пришла Люба, 41 год, из Житомира, хотя 7 лет «безуспешно» лечится в Тернополе. Там Одесса, а тут Тернополь. Но сработал типичный в медицине закон «парных случаев» Проблема у двух женщин одна и та же: «неизлечимый хронический токсоплазмоз», который в обоих случаях является причиной потери зрения, вызывая тот же хориоретинит. Так же, как и Альбина, Люба попала к нам через Интернет. Сказала дочке: «…шукай, моя люба, бо вже гвалт і жах, терпець уриваєтся». И дочка нашла, а Люба приехала.

Лечится Люба 7 последних лет, с апреля 2002 года, когда впервые обнаружили двухсторонний хориоретинит. И поскольку в Житомирской области специалистов нет, Люба поехала на обследование и лечение в Тернополь. И вот в Тернополе «установили» диагноз хронического токсоплазмоза, и на протяжении 7 лет Люба проходит лечение. Говорит: «Нема сил, нема грошей, бо все з’їли токсоплазмоз та ці кури лікування». Ситуацию врачи объясняют просто: инфекция не поддается лечению и болезнь прогрессирует, можно полностью потерять зрение. Потому что у Любы… ухудшаются результаты анализов. А они, эти показатели (титры антител IgG к тиоксоплазме), таковы: было 153, пролечили - стало 161, снова пролечили – стало 365. Говорят, что надо лечить дальше. А у Любы уже началась паника, т.к. она лечится, лечиться, лечиться, выполняет все рекомендации, принимает препараты. А «оно» становится все больше (разумеется, потому что «оно» совсем другое показывает – И.М.). И вот выписан новый курс на 1000 грн. И вот Люба говорит (цитата): «Постоянно принимаю лечение, а оно не падает, а только увеличивается».

Т.е. и у Любы, и у Альбины происходит одна и та же история, что у многих остальных пациентов с «хроническим» и «неизлечимым» токсоплазмозом. На основании колебаний антител IgG к токсоплазме (при том что IgМ у Любы и у Альбины были отрицательными на протяжении всего времени обследования и лечения и ни разу не были положительными) пациентам рассказывают басни о том, что у них хронический токсоплазмоз, который надо лечить, и многократно проводят такое лечение препаратами с выраженными побочными действиями (антибиотики, бисептол, фанзидар и другие антипротозойные препараты). А когда после лечения титры антител повышаются, говорят, что токсоплазмоз находится в устойчивой активной форме и с ним трудно бороться. И поэтому «бороться» надо уже не 2 раза в год, а не менее 3-4 раза в год, в общем, все чаще, чаще и чаще. И так - до бесконечности.

Вспоминаю, как несколько лет тому назад отмечали 250-летие Киевского Окружного 408-го военного госпиталя. Меня пригласили прочитать военным врачам 2 лекции: об Эпштейн-Барр вирусной инфекции и о токсоплазмозе. Среди других приглашенных в аудитории был главный инфекционист Российской армии из Санкт-Питербургской военно-медицинской академии. После моей лекции по токсоплазмозу он задал мне только один вопрос: как часто за последнее время у взрослых мне приходится видеть поражение глаз, вызванное этим возбудителем. Я честно ответил, что мои данные могут не совпасть с официальной статистикой, но за последние 3-4 года при корректном лабораторном обследовании – ни разу. Более того, я то и диагноза «хронический токсоплазмоз» за тот же период ни разу не смог установить. Его просто нет. Полковник встал и перед аудиторией пожал мне руку, сказав, что наши данные в этом вопросе, несмотря на статистику, полностью совпадают.

(Дальше будет).

Дальше было. И у Альбины, и у Любы все тесты на активность токсоплазмоза (антитела IgM, IgA, авидность антител IgG, ПЦР крови и мочи на ДНК токсоплазмы) оказались отрицательными. Был установлен окончательный диагноз: токсоплазмоз в анамнезе (в прошлом), постинфекционный иммунитет, защитный (против рецидива и нового заражения – И.М.) титр антител. Ни в каком лечении не сегодня, не на протяжении всего периода наблюдения по поводу поражения глаз, мои пациентки, разумеется, не нуждались. Напрасно потраченное время, деньги, эмоции, надежды. Неоправданные побочные эффекты от бесполезного лечения. И полная безнаказанность: отвечать в этих историях будет некому, уже проверено более доказательными случаями подобной врачебной некомпетентности.

Пришли анализы Альбины: у нее мы нашли хроническую цитомегаловирусную инфекцию в активной форме, что и является причиной ее хориоритинита. У Любы в 2002 году тоже нашли антитела IgG к цитомегаловирусу, но на этом поставили точку и больше к этой мысли, к сожалению, не возвращались. А сейчас у Любы появился свежий очаг на правом глазе, буквально месяц-полтора, хотя из-за хориоритинита пострадали оба глаза. У Любы также была подтверждена хроническая ЦМВ-инфекция, но в латентной стадии. Альбину будем лечить от цитомегаловирусного хориоретинита, а за Любой понаблюдаем, проводя ПЦР-мониторинг активности ЦМВ.

Ключевые слова: токсоплазмоз, хориоретинит, цитомегаловирус.

Вторник 9 июня 2009 года.

Нефродисбактериоз.

Принесли анализы ребеночка 4 месяцев. Ребенок внешне клинически абсолютно здоров. Планируются прививки. Была только БЦЖ в роддоме. Но в квартире существует семейный очаг стафилококка (у папы много лет рецидивирует стафилококковый фурункулез). И мама, в поисках информации о стафилококке и его лечении, попала на наш сайт. Прочитала раздел об обязательном обследовании деток перед вакцинацией с перечислением необходимого объема исследований, которые в клинике проводим уже много лет перед прививками, и решила сделать своему ребенку такое обследование. И что оказалось?

У ребенка, к счастью, отсутствуют врожденные ЦМВ и ВЭБ инфекции (и это хорошо). Все в порядке с иммунитетом, никаких замечаний нет. В зеве и в носу таки обнаружен золотистый стафилококк и кандиды. Но это мелочи: с этим легко можно бороться и победить, если не применять антибиотики. Самое интересное: у клинически здорового ребенка в моче была обнаружена при бакпосеве кишечная палочка (E.coli) 10 в 5 степени. Это состояние правильно называть нефродисбактериоз, в данном случае – еще совершенно клинически бессимптомный. Хотя еще не все врачи, к сожалению, понимают смысл такого диагноза. Таким образом, полностью готова почва для температурной реакции на прививку, даже такую замечательную, как «Инфанрикс», которую собирались делать ребенку. Температурной реакции, которую педиатры потом будут называть «нормальным поствакцинальным состоянием ребенка», «нормальной реакцией на прививку». А эта «нормальная» реакция по сути нормальной никак не является. И связана с тем, что прививка активизирует бактериальную инфекцию (в данном случае - эшерихиозную) в почках. И если такого ребенка продолжать прививать дальше, а такие примеры у нас уже есть, то после 2-3-й вакцинации, когда температура 39-40 ºС уже не спадает, детки могут попасть в стационар с диагнозом «острый пиелонефрит». И этот острый пиелонефрит индуцировали сами врачи, проводя прививки деткам, которым проводить прививки временно нельзя.

Я проанализировал статистику подобных случаев: противопоказания у здоровых детей перед прививками и температурные реакции после прививок. И вот что оказалось. Во-первых, из каждых 10 клинически здоровых детей, которых мы обследуем перед прививками, в 4-5 случаях при бакпосевах мочи (у девочек - в 2-3 раза чаще) выделяем уринокультуры кишечных бактерий (расплата за памперсы и/или побочное действие антибиотиков – И.М.). Это состояние правильно называть нефродисбактериоз. В этих случаях восходящим путем в почках поселяются бактерии кишечной группы, которые (при благоприятных для них обстоятельствах) становятся основной причиной развития в последующем у детей и взрослых хронических циститов, пиелонефритов и прочих воспалительных заболеваний мочеполовых органов. И, во-вторых. Среди обследованных у нас в клинике 110 детей с температурными реакциями на хорошие вакцины, которыми их иммунизировали в других медицинских учреждениях без предварительного обследования, в 97 случаях (88%) при бакпосевах мочи были выделены бактерии кишечной группы. Именно активация этих микробов после проведения прививки и приводила к подобным температурным «свечкам».

В связи с тем, что клинических жалоб в данном случае нет и общий анализ мочи у ребенка идеальный, мы пока ограничимся на месяц препаратом канефрон (травка в каплях). А потом повторим трижды бакпосев мочи. И если они окажутся отрицательными, то может быть обойдемся и без аутовакцины, которая является единственным реальным способом (а не антибиотики – И.М.) избавиться от нефродисбактериоза.

(Дальше будет).

Дальше было. При проведении трех контрольных бакпосевов мочи трижды были получены отрицательные результаты. Мы победили клинически бессимптомный нефродисбактериоз малой кровью, обошлись без дополнительного лечения и уколов аутовакцины. И сегодня уже можно прививать ребеночка, что мы и сделаем.

Ключевые слова: вакцинация, обследование перед прививкой, противопоказания, нефродисбактериоз, температурная реакция на прививку.

«Помощница доктора».

Моя следующая пациентка - Елена Павловна, 58 лет, в прошлом медсестра. 25 мая у нее заболел левый бок, под рукой, ближе к позвоночнику. А 27 мая, как только появились первые высыпания, Елена Павловна сама поставила себе правильный диагноз: опоясывающий герпес. Хотя это был первый рецидив в ее жизни. В детстве ветрянкой болела. И в тот же день начала принимать герпевир по 1 г в сутки. И это оказалось очень правильным решением. Потому что уже с 3-4 дня высыпаний, несмотря на прием противовирусного препарата, появилась сильнейшая боль по ходу высыпаний. И если бы пациентка начала принимать герпевир позже, после 4-5-го дня высыпаний, то эта боль (при таком агрессивном развитии событий), могла бы довести ее до крайне тяжелого состояния. Когда прием обычных обезболивающих препаратов не приносит облегчения ни днем, ни ночью и пациентам приходится прибегать к употреблению наркотиков.

Это очень часто бывает с пациентами, у которых диагноз заболевания был поставлен с опозданием, и специфическая терапия была начата поздно. В этих случаях уже не помогают любые, даже усиленные дозы препаратов на основе ацикловира. А после 10 дня болезни их назначение и прием вообще теряет смысл. Так называемые постгерпетические невралгии связаны с нарушением миелиновой оболочки нервных стволов, по которым передвигался вирус перед тем, как высыпать на коже. Для сравнения: как зубная боль в результате повреждения зубной эмали после поедания зеленых яблок. Только если зубная эмаль восстанавливается в течение нескольких дней, то оболочка нервов – в течение нескольких месяцев, что сопровождается жесточайшей круглосуточной болью, которая лишает пациентов, перенесших опоясывающий герпес, покоя и сна.

А в день приема 9-го июня, на 14-й день после появления первых высыпаний, свежих элементов сыпи у Елены Павловны уже не было. Сыпь мы сфотографировали, на нее можно будет посмотреть: сыпь типичная, от позвоночника из спинно-мозговых ганглиев (узлов), где «живет» вирус, до соска и дальше даже до мечевидного отростка. Классически по ходу нервных стволов в этой области. Самое главное: боль угасает, уже нормализовался ночной сон. Поэтому мы договорились с Еленой Павловной, что нейралгин, препарат, который применяется при таких болях, пока не назначаем., А через 2-3 дня к этому вернемся. Может быть, удастся без него обойтись вообще. Вот что значит вовремя и правильно поставленный диагноз, вовремя и правильно назначенное лечение. Молодей, помощница доктора!

(ФОТОГРАФИИ – 3 шт.)

(Дальше будет).

Дальше было. Елена Павловна позвонила через неделю: боль почти прошла, кожа продолжала приходить в нормальное состояние, пациентка выздоравливала. Специфическую иммунизацию против VZV мы решили пока не проводить. Потому что повторные рецидивы опоясывающего герпеса после первого эпизода болезни – скорее исключение из правил, что обычное явление. Это может больше никогда в жизни не повториться, чего мы и пожелаем Елене Павловне.

Ключевые слова: опоясывающий герпес, постгерпетическая невралгия, ацикловир.

Четверг 11 июня 2009 года.

Последняя надежда.

С такими словами в кабинет зашла ко мне Люба, 33 лет. Основная жалоба Любы в том, что они с мужем (сначала она, а затем муж) мучаются непонятными симптомами: постоянный насморк, все время стекает слизь по задней стенке горла. Прямая речь: «Заснуть не можем, ляжем в постель и покашливаем как бабушка и дедушка». Дважды их лечили антибиотиками. Стало не лучше, а хуже. Врач ЛОР ведущей киевской городской больницы поставил диагноз «вазомоторный ринит» и сказал, что это не лечится, будете делать «кха-кха» всю жизнь.

Начинаем выяснять, где же истоки этих «непонятных» симптомов. Оказывается, что еще с 18 лет у Любы начались явления цистита. Дважды лечилась в стационаре, давали антибиотики. Потом еще многократно лечилась амбулаторно – и опять антибиотиками. Безрезультатно. Последний рецидив цистита был 6 месяцев назад. В течение последних 7 лет страдает от мучительной молочницы. Лечилась многократно, в том числе несколько раз – в профильном Республиканском НИИ и опять почему-то антибиотиками (обращаю внимание: лечение молочницы антибиотики «профессор назначал» - И.М.). У мужа история и состояние еще хуже – он еще больше и чаще принимал антибиотики, чем Люба. И, к сожалению, преимущественно занимался самолечением: благо сегодня антибиотики, которые врачи безумно и бездумно позиционируют как средство от всех болезней, доступны без рецепта в любой аптеке.

Кроме того, последние 2-3 года Любу периодически начала беспокоит боль в суставах и очень сильная усталость. Такая усталость, говорит, и апатия, что иногда не хочется вставать с постели, идти на работу, готовить еду. Из-за апатии и утрате интереса к жизни пыталась обращаться к психологу, затем к психиатру. Потом у нее ухудшилась ситуация с бронхами и теперь у нее явления бронхоспазма: «на выдохе шумит как в мехах». И на рентгене появилось усиление рисунка. И снова рекомендовали… принимать антибиотики.

Диагноз был уже ясен. Любе я сказал, что ее последняя надежда, скорее всего, оправдается. Потому что нет у нее вазомоторного ринита и ей с мужем не надо будет всю жизнь делать «кха-кха», как сказал ей добрый доктор. Основной диагноз у Любы – системный дисбактериоз с поражением носа, глотки, рта (там язык все время щиплет), влагалища, мочевого пузыря, бронхов. И все это - результат побочного действия многократных и совершенно необоснованных курсов назначенного врачами лечения антибиотиков. Уро-генитальная инфекция восходящим путем добралась в почки, в результате чего развился нефродисбактериоз с проявлениями синдрома хронической бактериальной интоксикации. Поэтому она завтра сдаст бакпосевы, и после этого будем ее лечить, как и стальных наших больных - аутовакциной, приготовленной из выделенных бактерий. И никаких антибиотиков: дальнейший самостоятельный их прием - это членовредительство, а назначение – профессиональное преступление.

(Дальше будет).

Дальше было. Дальше пока не было. На следующий день и в течение прошедшего после приема месяца Люба так и не пришла сдавать бакпосевы. Не знаю, почему. Не было времени, денег? Или просто не поверила, что у нее такой диагноз и все так быстро можно решить, если не применять антибиотики. Ну, в таком случае, это – нормально. Перед тем, как соглашаться на лечение в определенной клинике или у конкретного врача, необходимо выдать ему своего рода кредит доверия. Всегда говорю своим пациентам: если Вы не готовы мне довериться - возьмите паузу, подумайте, подождите, поищите альтернативной информации. Лечитесь только там и у того, кому Вы доверяете. Я не обижаюсь, если пациент по соображениям недоверия ко мне не приходит на обследование и последующее лечение. Сегодня – это полное его право. Пожелаем Любе здоровья.

Ключевые слова: системный дисбактериоз, синдром хронической бактериальной интоксикации, хронический насморк, вазомоторный ринит, хронический цистит.

Простое чудо.

Много лет тому назад, в далеком теперь детстве, я много раз смотрел по черно-белому телевизору на самом маленьком экране (сегодня таких просто нет) немой фильм (многие сегодня с трудом представляют, что это такое) с известным для своего времени актером Игорем Ильинским. Фильмов тогда было мало, не то, что теперь. Телеканал – один. И хорошие фильмы повторяли часто: их знали наизусть, обычно спеша в озвученных картинах произносить слова главных героев перед их репликами с экрана. Не помню даже точное название этой картины, как будто «Преображение Святого Йоргенсона». Суть фильма была вот в чем. Два закадычных приятеля попали в сложную жизненную ситуацию: остались без денег, скрывались от полиции, голодали, забрались в церковь чем-нибудь поживиться, наелись из церковных подношений и... заснули. А проснулись уже утром, когда вокруг церкви собралась толпа покалеченного народа, принявшая одного из них за святого и требующая чуда. Это был день Святого Йоргенсона, избавлявшего людей от врожденных уродств и приобретенных увечий. За всем происходящим пристально наблюдали два здоровенных полицейских, разыскивающих беглецов. Недолго думая, Игорь Ильинский стал изображать из себя Святого, а его приятель – беспомощного и неподвижного калеку на костылях. И вот на глазах изумленной публики, сделав несколько движений руками, закатив глаза и произнеся «молитву», «Святой» приказал «калеке» отбросить костыли и пойти своими ногами. И тот, сделав несколько сначала неуверенных движений, переступая с ноги на ногу всем телом, вдруг просто пошел, отбросив костыли, а затем пошел в веселый пляс да еще в присядку. Толпа взревела: Чудо! Чудо! Чудо!

Каждый раз, когда в клинику приезжает Юрий Вицентьевич из Житомира, я снова и снова вспоминаю этот фильм. Потому что, иначе как чудом, то, что произошло с Юрием, даже я назвать не могу, ни то, что его родные и знакомые. Хотя именно этого результата я ожидал после проведенного в клинике лечения.

Юрий Вицентьевич обратился в клинику в сентябре 2007 года. С июня 2007 года, т.е. за 3 месяца до обращения, без видимой причины началась сильнейшая боль в суставах нижних конечностей и костей таза с быстрым развитием полной обездвиженности. В крови СОЭ повысилась до 42 мм/ч. Установили диагноз ревматизма с острым ревматическим полиартритом, назначили антибиотики и кортикостероидные гормоны (преднизолон). Временное улучшение и - снова рецидив. На фоне гормонов повысился сахар, поставили диагноз сахарный диабет. При дополнительном обследовании «обнаружили» вирус Эпштейна-Барр и цитомегаловирус, тоже пролечили. Три месяца безрезультативного лечения, которое больше напоминало холостой выстрел из пушки по площадям, чем попадание в цель и путь к выздоровлению.

Боль и утрата подвижности постепенно начали перемещаться выше по позвоночнику, на верхние конечности. Живой и подвижный по характеру, трудяга и кормилец семьи, вечно в бегах, Юрий в свои 42 года неожиданно для себя и окружающих превратился в полного инвалида, калеку, который без посторонней помощи не мог подняться с постели, одеться, дойти до туалета. Юрий, с его слов, почувствовал себя как лошадь, остановленная на полном скаку, которая летит через голову, падает, кувыркаясь, и больше не может подняться. Чувство жизненного тупика усиливал терапевтический тупик: пациент понимал, что лечение не помогает и болезнь прогрессирует.

В клинику Юрия Вицентьевича привезла жена, которая, в буквальном смысле этого слова, втащила мужа на себе по лестнице сначала ко мне сюда на «капитанский мостик», а потом в кабинет: на костылях, волоком. Сам он практически не двигался. После разговора с пациентом первым предположением стал диагноз реактивного полиартрита, который развился в результате хронической бактериальной инфекции в мочеполовой области. Пациент длительно страдал симптомами хронического уретро-простатита и цистита, хотя такие диагнозы ему ранее не устанавливали и лечение не проводили. Разумеется, никакого ревматизма (все классические ревмопробы были отрицательными) и никакой вирусной патологии (хроническое инфицирование ВЭБ и ЦМВ в латентной форме как вариант нормы) у пациента не оказалось, что подтвердили проведенные в клинике анализы.

При бакпосевах мы действительно обнаружили в большом количестве бактериальную инфекцию в мочеполовой системе: в уретре - протей и грибы кандида, в моче – кишечную палочку (E.coli), в соке простаты – фекальный стрептококк. Самое обидное, что одну из этих бактерий (фекальный стрептококк) у него уже находили дома в Житомире. И… пытались лечить антибиотиком (полное безумие – И.М.). Но, естественно, стало не лучше, а хуже. Из всех выделенных в клинике бактерий мы сделали первую аутовакцину. Курс лечения провели дома по месту жительства с 18 октября по 29 декабря 2007 г

На повторную консультацию Юрий приехал в клинику 4 марта 2008 года, всего через два месяца после окончания лечения. Но! Приехал сам, без жены, без костылей. В кабинет взбежал на одном дыхании, демонстративно несколько раз присел с вытянутыми руками (чудо!). Лицо парня в этот момент выражало полное блаженство. Мне тоже захотелось приседать вместе с ним, клянусь. Сообщил, что почти сразу после начала лечения отказался от гормональных препаратов. А костыли «отбросил» (как в фильме – И.М.) через 3 недели после начала лечения. Тем не менее, при проведении контрольных бакпосевов мочи были повторно обнаружены уринокультуры бактерий кишечной группы: энтерококк и протей. Был рекомендован и проведен 2-й курс иммунизации аутовакциной: с 15 апреля по 4 июля 2008 г.

Затем Юрий приехал к нам 2 октября 2008 г. и сказал: знаете доктор, осталась только одна проблема – по ступенькам, мол, спускаюсь не очень ловко, немножко болит голеностопный сустав. А поднимаюсь хорошо, и все остальное нормально (шутил, счастливчик – И.М.). При бакпосевах мы уже ничего не выделили. Но, тем не менее, сделали третью порцию вакцины, потому что дома в Житомире промежуточно еще выделяли фекальный стрептококк и кишечную палочку из мочи. Поэтому с 29 октября по 30 декабря 2008 г. мы провели третий курс лечения аутовакциной.

И вот сейчас с конца мая по начало июня были сданы 3 бакпосева мочи: все они оказались отрицательными. При этом жалоб у Юрия тоже практически нет: он уже и спускается по ступенькам вниз также ловко, как и поднимается. Юрий себя чувствует абсолютно здоровым человеком и называет это чудесным преображением (хотя фильма, который я помню с детства, в глаза не видел – И.М.). Юрий Вицентьевич говорит, что люди, которые видели его на костылях 1,5 года назад, не верят, что такое возможно, и считают, «что я придуривался, когда был на костылях, а теперь бегаю как мальчик». Ну, разве это – не Божий промысел!

Решение я принял такое. Юра сдает через 3 месяца (конец август - начало сентября) еще 3 контрольных бакпосева мочи, а потом еще трижды - через 3 месяца (конец ноября - начало декабря). И если, при сохранении на протяжении этого времени его сегодняшнего хорошего самочувствия, все бакпосевы будут отрицательными, значит это полная победа в отдельно взятом уро-генитальном дисбактериозе и реактивном артрите. Просто - точка. Больше ничего не будет плохого: Юра выздоровел, полностью. Простое чудо!

Ну, а кто сомневался: опыт зарубежной работы – его ведь не пропьешь.

Небольшое резюме. Реактивные поражения суставов на фоне хронических воспалительных заболеваний мочеполовой системы, вызванных бактериями кишечной группы, - скорее типичный диагноз, а не эксклюзивная патология. Считают, например, что сегодня в Скандинавских странах триггерным (пусковым) фактором примерно 90% всех поражений суставов является не ревматизм (стрептококковая инфекция), а именно бактерии кишечной группы. Так называемый полный или неполный (чаще) синдром Рейтера. Мы в этом вопросе продолжаем «пасти задних», лишая многих пациентов реальных шансов на выздоровление. Неправильная лечебная тактика (антибиотики и гормоны) превращают острые реактивные артриты, обусловленные хроническими бактериальными (не половыми!) инфекциями в мочеполовой системе, в хроническое деформирующее заболевание суставов, приводящее к частичной или полной инвалидности пациентов, которым в начальном периоде болезни еще можно было помочь. Так как, например, Юрию Вицентьевичу.

Ключевые слова: уро-генитальный дисбактериоз, реактивный артрит, аутовакцина.

Среда 17 июня 2009 г.

Ошибка.

Андрей, 25 лет, приехал вместе с мамой из Чернигова. Примерно 8 месяцев назад у Андрея без видимой причины появилась субфебрильная температура 37-37,2 ºС с небольшими «свечками» до 37,5 -37,6 ºС, хотя и редко. Кроме этого в паху справа увеличился лимфоузел. Затем Андрюше показалось, что стали увеличиваться и другие лимфоузлы, хотя кроме него этого увеличения никто не видел. Но Андрюша на этом зациклился. Лимфоузлы у себя, как доктор, ощупывает три раза в день: перед едой утром, в обед и вечером. Ну, и это закончилось тем, что несколько месяцев назад, под давлением пациента, ему даже сделали биопсию лимфоузла. Со слов мамы, хирург долго искал этот бедный несчастный лимфоузел, чтобы из него что-то взять на анализ. Но после гистологического исследования лаборатория дала заключение: «норма».

Кроме того, что увеличились лимфоузлы и появилась температура, заметил еще у себя «белую» мочу, начала болеть поясница в области почек, а кожа, со слов Андрюши, стала «белой» (бледной, по-видимому, – И.М.). Кроме того, постоянно начало болеть горло, появился затяжной насморк. Как хронического носителя золотистого стафилококка в носоглотке, Андрюшу пытались лечить… антибиотиками. Дали 2 антибиотика в конце января: сначала сумамед (безрезультатно), а затем Юнидокс. На этом антибиотике температура упала, но через несколько дней после отмены - снова повысилась. А затем с 3 по 11 марта дали третий антибиотик Фромилид – но уже без всякого результата.

За это время ничего вроде бы такого плохого в общем состоянии не происходило. Но на фоне субфебрильной температуры периодически начали болеть суставы, появилась небольшая слабость, периодически - головная боль, стал раздражительным, мнительным, нарушился ночной сон, появились элементы депрессивного состояния и настроения. В связи с этой температурой (а мама у Андрюши врач) мальчика обследовали на все: на ВИЧ, на гепатит С, на хламидии, на токсоплазмоз, на CMV, вирус Эпштейн-Барр (даже пытались назначать противовирусную терапию). Кроме того, сделали даже подзабытую реакцию Видаля на брюшной тиф и реакцию Провачека на сыпной тиф. В связи с тем, что появилась какая-то сыпь (я бы даже сказал «сыпушка» - И.М.) на лице, заподозрили… красную волчанку и трижды делали анализ на LE-клетки и – опять ничего не нашли. У Андрея исключали: ревматизм (ревмопробы оставались практически нормальными), туберкулез (диагноз тоже был снят), ну, и разумеется, онкологию (биопися лимфоузла оказалась нормальной). Короче, за эти 8 месяцев пациент прошел медицинский Крым и Рим – и ничего. Дважды лечился в больнице – и тоже ничего. Диагноза нет.

Постепенно у мальчика начинают развиваться депрессивное настроение, переходящее в психические расстройства, фобии. Мнительность достигает такой черты, что он перестает общаться с друзьями, сутками лежит дома в постели. Мама мальчика – врач, но она – не авторитет. Как известно, нет пророка в своем отечестве. Андрей объясняет маме, что все воспалительные процессы у него – «это предраковое состояние», в связи с чем он даже готов пройти курс химиотерапии (это - в 25 лет! – И.М.), чтобы «все убить» (имеется в виду все, что может привести к раку – И.М.).

Из отдаленного анамнеза выяснили, что еще в 2004 году был приступ резкой боли в животе. При этом лейкоциты повышались до 16 тысяч с резко выраженным левосторонним сдвигом – до 93% нейтрофилов, из которых 23% составляли палочки (норма – до 5%). Диагноз тогда тоже остался не установленным.

Вот как мне видится ситуация сегодня: у Андрюши - хроническая бактериальная (не вирусная!) инфекция, очаг которой находится в почках. Возможно, она тянется с детства, потому что, хотя в детстве Андрюша и был относительно здоровым ребенком, но в течение нескольких лет был период, когда из-за частых ангин он неоднократно получал антибиотики, которые обычно приводят к развитию нефродисбактериоза с последующим развитием пиелонефрита. В этом плане настораживали: болевой эпизод в 2004 г. с признаками бактериального воспалительного процесса, а затем с 2008 г. - затяжной субфебрилитет, присоединившиеся артралгии, боль в пояснице, «белая моча» (пиурия – И.М.), бледность кожи как проявление хронической интоксикации, которая только начинается, слабость, повышенная утомляемость, депрессия, различные фобические настроения. Это – только начало пути. Это - проявления синдрома хронической бактериальной интоксикации (СХБИ) как внешнее отражение еще скрыто протекающего пиелонефрита, основные симптомы которого могут появиться только через несколько лет.

СХБИ внешне еще почти не выражен – Андрюша старается держаться достаточно бодро. Хотя на стуле сидит вяло, как-то согнувшись, как дедушка. Но при этом говорит, что чувствует себя вполне хорошо. Внешне выглядит как человек уставший. И все, что с ним происходит, с вероятностью 95%, связано с хронической бактериальной инфекцией в почках. Андрюше, в связи с тем, что продолжают болеть почки, назначили контрастную урографию, но, слава Богу, пока не успели сделать. И не надо. Это нежелательная процедура при наличии хронической бактериальной инфекции, которая может привести к дальнейшему распространению бактерий и увеличению очага воспаления. Кроме того, у Андрюши, который нерегулярно живет половой жизнью, имеются еще и симптомы хронического уретро-простатита. Еще периодические, еще непостоянные, не навязчивые. Но, тем не менее: боль в промежности, в яичках, в крестце, нарушения семяизвержения (или ускоренное, или болезненное). Хотя такой диагноз пациенту еще не выставляли.

В общем анализе крови, сделанном в клинике, было выявлено повышенное содержание лейкоцитов (13,5 тысяч), выраженный левосторонний сдвиг в формуле крови. А в анализе мочи - лейкоциты, покрывающие все поле зрения, белок и очень много бактерий, что подтверждало предположение о наличии бактериального воспалительного процесса в почках.

Кроме того, в клинике мы еще сделаем бакпосев мочи (ранее ни разу не проводили), а мама организует и сделает еще трижды бакпосевы мочи дома, и посмотрим, какой у нас будет улов. Если мы поймаем те кишечные бактерии, которые все это вызывают (кишечная палочка, фекальный стрептококк, энтеробактер, протеи, клебсиеллы и т.д), то пролечим Андрея, как и других наших пациентов, аутовакциной. И он снова будет здоровый и счастливый. И перестанет все время щупать свои лимфоузлы, появится время жениться.

(Дальше будет).

Дальше было. К сожалению, я ошибся. Ошибся не с диагнозом, а со сроками развития болезни. Буквально через несколько часов после приема в клинике, по дороге домой у пациента появился вначале легкий, но быстро усиливающийся озноб. После приезда домой температура повысилась до 39 ºС, ночью почти не спал из-за боли в пояснице, частого мочеиспускания. Мама, ориентированная по диагнозу сына, на следующий день отвезла его в нефрологическое отделение, куда он был госпитализирован по скорой помощи с диагнозом «острый пиелонефрит» и «острый простатит». Хотя, по сути, это был дебют давнего, хронического бактериального воспаления в почках и в предстательной железе. Воспаления, которое развилось и протекало как уро-генитальный и нефродисбактериоз, первые клинические проявления которого можно было теперь с уверенностью отнести к 2004 г. Формирование этого дисбактериоза произошло еще раньше: в детском возрасте, когда ребенка в связи с частыми ангинами неоднократно «кормили» антибиотиками. Т.е. общую давность заболевания у моего пациента я оцениваю периодом не менее 15 лет. Дебют пиелонефрита, практически совпавший с днем консультации в клинике, только подтверждал предположение о том, что дисбактериоз в мочеполовой области действительно носил многолетний характер.

При бакпосевах мочи в клинике и дома были выделены кишечная палочка (типичный возбудитель данного заболевания) и синегнойная палочка, что было несколько неожиданной находкой. Синегнойка относится к внутрибольничным инфекциям, и пациент заразился ею, вероятнее всего, в течение последних 7-8 месяцев, когда проходил многократное обследование в условиях амбулатории и стационара. Возможно, именно присоединение этой микст-инфекции, что я не учел в своих диагностических рассуждениях, и стимулировало столь быстрое развитие патологического процесса.

В течение 3 недель пациент в тяжелом состоянии находился в нефрологическом отделении, снова получал антибиотики. Но на этот раз это была действительно необходимая мера: пациента нужно спасать от почечного сепсиса, который у него развился. К вакцинации мы смогли приступить только в конце июля и теперь ждем результата.

Ключевые слова: субфебрилитет, нефродисбактериоз, хронический пиелонефрит, синдром хронической бактериальной интоксикации, аутовакцина.

Четверг 18 июня 2009 года.

Псевдохламидиозный триптих.

Суммируя данные последних 3-4 рабочих дней, должен отметить, что за этот короткий период мне трижды пришлось столкнуться с псевдохламидиозом, что было связано с врачебными ошибками.

Первое наблюдение. Молодая женщина, 36 лет. В связи с левосторонним гидросальпинксом (скопление жидкости в полости левой маточной трубы после перенесенного воспаления в трубе – И.М.), диагноз которого потом был вообще снят, женщине проводят 10 июня текущего года лабораторное исследование на половые инфекции. И в одном из анализов, методом ПИФ находят микоплазму, уреаплазму и хламидию. Одновременно. Это сразу вызвало сомнения. Во-первых, с учетом того, что сам по себе метод ПИФ дает не менее 40% ложно положительных результатов. А во-вторых, настораживало то, что все три инфекции выявлены в совершенно одинаковом количестве: везде стояло «++». Такого тоже не бывает. Одна инфекция доминирует, вторая слабее, а третья вообще обычно не поддается обнаружению. Это – так называемая микробная конкуренция. Так, известно, что в случае одновременного заражения вирусами гепатитов В и С вирус гепатита С, как более сильный и агрессивный, подавляет репликацию своего конкурента. В результате у человека развивается активная хроническая HCV инфекция, а заражение HBV заканчивается (не приводя к заболеванию!) формированием стойкого постинфекционного иммунитета как после естественной прививки. Это явление можно было бы назвать своеобразной микробной спикериадой: претендентов много, а кресло доминирующей инфекции – одно.

Возникли сомнения в достоверности положительных результатов исследования на хламидиоз, на основании которых пациентке и ее мужу одновременно (без обследования – И.М.) назначили курсовое лечение, включавшее по 14 наименований препаратов (в том числе – по два антибиотика) стоимостью около 3500 грн на персону. Но к счастью мы успели вовремя остановить этот беспредел. Для уточнения ситуации в клинике были проведены дополнительные исследования крови методом ИФА для обнаружения антител к хламидиям. Ведь все очень просто: есть антитела – есть острая или хроническая инфекция, локализацию которой нужно установить. Нет антител – нет инфекции. И все положительные «находки» хламидий методом ПИФ, обнаружения «ключевых» клеток в соскобе и даже методом ПЦР – заведомые ошибки. Правда, просто? И даже без медицинского образования можно в этом разобраться.

Сделали анализ, и оказалось, что у женщины антител к хламидиям классов иммуноглобулинов G (хроническое заражение) и А (острое) нет вообще. А это значило, что в последние 6 месяцев у нее хламидиоза нет и не было. А назначенное лечение, не говоря уже о его финансовой стоимости, ничего кроме вреда принести не могло.

Второе наблюдение. Молодая женщина 32 лет. В декабре 2008 г. после полового контакта с постоянным партнером появились выделения, легкий зуд, дискомфорт. Обратилась к врачу, при обследовании были «обнаружены» хламидии и уреаплазма. Настоятельно рекомендовали обследовать партнера. Обследовали и - ничего не выявили. Тем не менее, было назначено и проведено по полной программе лечение (включавшее 2 антибиотика) и женщине, и ее партнеру. Хотя вопрос остался открытым: а чьи же это, собственно, хламидии, если у женщины есть, а у мужчины нет. Но, тем не менее, партнер молча проглотил эту обиду вместе с антибиотиками.

Через месяц анализы взяли повторно, и хламидии уже вроде бы не нашли, но снова «нашли» уреаплазму и опять – только у моей пациентки. Доктор снова назначила лечение обоим, на чем категорически настаивала, мотивируя свои рекомендации тем, что «все мужчины сами не болеют, а нас (женщин – И.М.) заражают». Тут мужчина взбунтовался, вспомнив первый курс лечения, и союз распался. Женщина потеряла своего гражданского мужа. И после этого еще дважды лечила антибиотиками уреаплазму.

Сегодня у женщины жесточайший урогенитальный дисбактериоз как результат многократного применения антибиотиков: обильные выделения с неприятным запахом, нестерпимый зуд, отечность наружных половых органов и влагалища. О половой жизни уже почти полгода вообще даже думать не может. Появилось учащенное мочеиспускание как проявление дополнительного развившегося цистита.

Просматриваю анализы моей пациентки, которые ей проводили до обращения ко мне в клинику, и нахожу любопытный результат. Оказывается еще в мае этого года, т.е. спустя 5 месяцев после якобы выявленных хламидий, при обследовании крови антител к хламидиям выявлено не было (не было их выявлено и при обследовании у нас в клинике). А ведь после перенесенного хламидиоза, даже успешно пролеченного, антитела раньше чем через 6 месяцев не исчезают. Отсюда резюме: хламидиоза у моей пациентки и у ее партнера не было вообще. Анализы делали в Запорожье в частной клинике, и сделаны они были методом ПЦР. Это к вопросу о том, что в неумелых (или ловких) руках даже хорошие методы могут нагло врать. И в данном случае соврал метод ПЦР. Потому что хламидии «обнаруженные» методом ПЦР при отсутствии антител в крови – это заведомо ошибочный результат. А с учетом того, что уреаплазма вообще в лечении не нуждается, судьбе моей пациентки, которой полгода проводили совершенно не нужное, более того – вредное лечение, явно не позавидуешь. За врачебную некомпетентность она сполна заплатила собственным здоровьем, потерей гражданского мужа, полным отсутствием половой жизни, в конце концов – деньгами. И сколько еще уйдет времени на восстановление утерянного – неизвестно. Моральная травма останется на всю жизнь.

И последнее, третье наблюдение. Женщина, 31 год. Последние 4 года безуспешно лечит хламидии. Подавлена, в полном отчаянии, говорит, что «неизлечимо больна», «жизнь с такой болезнью теряет смысл» Неоднократные курсы антибиотиков, множественные назначения различных иммуностимулирующих препаратов, гепатопротекторов и прочих лекарств. И – ничего не получается. Хламидии обнаруживают снова и снова, объясняя ситуацию их необычайной устойчивостью к антибиотикам, проводимому лечению в целом, «отсутствием иммунитета», плохой окружающей экологией, нарушениями режима полового воздержания. Хотя о каком нарушении «режима» можно говорить, если моя пациентка в течение всех 4 лет лечения вообще не имела ни одного полового контакта. Вначале по рекомендации врачей, а затем из страха заразить полового партнера такой «страшной и неизлечимой» инфекцией.

Смотрим анализы. Первый раз хламидии были обнаружены в ноябре 2005 г. хорошо известным нам теперь методом ПИФ в Киевском городском КВД. Затем - в январе 2006 г. и снова методом ПИФ. И еще - в июне 2006 г., а затем еще один результат положительный за апрель 2008 г. и последний был уже в 2009 г. Внимательно смотрим. Еще в октябре 2006 г. пациентка была параллельно обследована методами ИФА и ПЦР в одной столичной лаборатории, которая, как правило, дает ложно позитивные ИФА тесты по крови на хламидии, но никогда – ложно отрицательные. И вот у пациентки серологическими методами и трижды методом ПЦР хламидии обнаружены не были.

Если бы мы сегодня, спустя три года после тех событий, провели эти исследования и получили отрицательные результаты, даже при наличии серьезных сомнений относительно хламидиоза, у нас не было бы объективных оснований снимать установленный тогда диагноз. Но в данном случае у пациентки практически одновременно были сделаны ПИФ, ПЦР и ИФА тесты на эту инфекцию. ИФА и ПЦР - отрицательные, ПИФ – положительный, что на 100% подтверждает ложно положительный результат этого морально устаревшего метода, который многим государственным лечебным учреждениям достался в наследство от СССР из прошлого века. Но голову бедной женщине заморочили, и несчетное количество раз пролечили несуществующий хламидиоз. Мы повторили анализы сейчас методом ИФА, и, разумеется, никакого титра антител к хламидиям у нее нашли. Да его и не было, как и не было самого хламидиоза. Но ее продолжали лечить и каждый раз – применяя все новые и «более сильные» антибиотики. Последний раз назначали лечение весной этого года. К этому времени у пациентки развился тяжелейший уро-генитальный дисбактериоз, вызванный бактериями кишечной группы, эрозия шейки матки, синдром Рейтера (боль и припухлость суставов) и синдром хронической бактериальной интоксикации с тяжелейшей депрессией. Из всех уро-генитальных точек при бакпосевах (уретра, влагалище, цервикальный канал) неоднократно выделяли фекальный стрептококк, который является основной причиной всех ее сегодняшних проблем. Но на эту бактерию никто вообще не обратил никакого внимания. Наши посевы мы еще только взяли.

Вот так, внимание: псевдохламидиоз, диагноз которого устанавливают псевдоврачи, которые назначают псевдолечение. Поэтому до лечения любой уро-генитальной инфекции лучше подтвердить этот диагноз в другой лаборатории или в другой клинике, используя современные методы диагностики.

Ключевые слова: хламидиоз, антибиотики, уро-генитальный дисбактериоз, ПИФ.

Пятница, 19 июня 2009 года.

Отпускаю на свободу.

На прием пришла наша пациентка, которая впервые обратилась в клинику 1,5 года назад. В течение нескольких месяцев лечилась по поводу урогенитального дисбактериоза, прошла обследование на TORCH-инфекции в связи с планирования беременности, а потом на целый год исчезла из поля зрения. Само по себе это является хорошим признаком: когда пациент забывает о своем лечащем враче, значит, он ему больше не нужен.

В этот раз пациентка пришла вместе с мужем, который неожиданно сам стал пациентом. Муж – иностранец (по-русски ничего не понимает). Живут периодически то в Киеве - то на родине мужа, то вместе – то врозь. В этот раз на неделю решили встретиться и пожить вместе, отдохнуть в Киеве, благо – летний пляжный сезон. И тут – такая незадача. Через какое-то время после секса у мужа появились высыпания (красные точечки) на головке полового члена и крайней плоти, зуд, покраснение, отечность. Пришли встревоженные и напуганные: что это такое, откуда появилось и что делать? Такие милые ребята, и тут такая засада, приехали, называется, отдохнуть. Тем более, несколько месяцев перед этим не виделись…

Что же это такое? Да все очень просто, проще не бывает. В данном случае после активного и продолжительного секса развился элементарный баланопостит: бактериальное воспаление кожи головки полового члена и внутреннего листка крайней плоти. Воспаление это вызывают преимущественно бактерии кишечной группы, которые ежедневно попадают на наши слизистые оболочки и кожу из нашего кишечника и могут до поры до времени «проживать» там совершенно бессимптомно, и грибы рода Кандида. Сыграли свою негативную роль и дополнительные пусковые факторы: перелет из одного часового пояса в другой, физическое переутомление, бессонные ночи, механическое раздражение. Баланопостит никакого отношения к половым инфекциям не имеет. Да и вообще, иногда даже с половой жизнью не связан: может периодически возникать как проявление дисбактериоза кожи головки члена и крайней плоти. Соответственно, и в лечении антибиотиками не нуждается. Более того: применение антибиотиков в данном случае как при любом дисбактериозе полностью противопоказано.

А что же происходит обычно? Обычно мужчина с баланопоститом обращается к урологу и его по полной программе обследуют на все половые инфекции: и кровь, и соскобы, и мазки. При этом нередко «находят» уреаплазму или гарднереллу, которые (даже если они есть, а не просто умышленно «обнаружены») ни малейшего отношения к симптомам этого заболевания не имеют. А дальше с важным видом объясняют, как это все страшно и опасно. И назначают целую кучу совершенно не нужных, бесполезных и откровенно вредных препаратов, включая несколько антибиотиков. А что же делать мужчине, который в этом вопросе ничего не понимает и полагается на совесть врача? Конечно, он обычно безропотно глотает все таблетки и выполняет другие назначения. Нередко при этом переводя острый эпизод дисбактериоза кожи полового органа, который мог бы через несколько дней полностью закончиться самостоятельно, в хронический воспалительный процесс, многократно рецидивирующий на протяжении многих лет. Что уж тут говорить о качестве половой жизни и жизни вообще такого мужчины, который носит свой член в штанах как хрупкий хрустальный стебель, к которому боится лишний раз притронуться, чтобы не спровоцировать очередной рецидив этой мучительной болезни.

А что же действительно нужно делать? Да ничего особенного. Во-первых, не нужны никакие анализы на половые инфекции. Самое большое, что можно сделать, так это провести бакпосевы с кожи головки и крайней плоти, чтобы определить чувствительность выделенных бактерий к бактериофагам. И то, такое исследование в большей степени показано при рецидивирующем процессе. Во-вторых, на 1-2 дня желательно ограничить половую жизнь. И, в-третьих, выполнить элементарные местные процедуры, которые позволяют за несколько дней вообще забыть об этой проблеме. Через пару дней орган снова становится рабочим, возвращая мужчине и женщине радость половой жизни.

Только в июне я подобным образом «отпустил на свободу» трех мужчин с баланопоститами, договорившись, что если воспаление не пройдет – они через несколько дней вернуться в клинику. Никто не вернулся. Простой диагноз простого заболевания требует простого лечения. И диагностические, и терапевтические премудрости тут не нужны.

Ключевые слова: баланопостит, дисбактериоз.

Четверг, 25 июня 2009 г.

Генитальный герпес: неожиданный поворот.

Молодой мужчина, 41 год. Из анамнеза известно, что в 2003 году вернулся в Украину (длительно жил за рубежом), перемерз, и после этого впервые «выскочил» герпес на подбородке. В течение трех лет это повторялось примерно 2-3 раза в году и особенно пациента не беспокоило. С 2006 года герпетические высыпания впервые появились на половом члене (первый раз - после посещения бани). Появление высыпаний, как правило, сопровождалось предвестниками: тянуло левый глаз перед высыпаниями на лице, а перед генитальными – отдавало и тянуло в правую ногу. Т.е. клинически вроде бы это действительно был герпес.

Последний рецидив был в ноябре 2008 года. И вот сейчас 22 июня 2009 года появились сначала герпетические высыпания на подбородке, а на следующий день 23 июня - на половом члене. И хотя сегодня (3-4 день высыпаний) пузырьки были очень слабо выражены и вообще сроки для выделения вируса были уже не самые оптимальные, мы все-таки постарались получить мазки-отпечатки для проведения ПЦР исследования на вирусную ДНК.

И вот спустя 2 дня мы получили результат: и на подбородке от 22 июня, и на члене от 23 июня был выделен 2-ой тип вируса простого герпеса. Таким образом, получается, что высыпания на лице были вызваны вирусом генитального герпеса. Я естественно задал вопрос, а не было ли накануне орогенитального секса? Потому что представить себе самопроизвольное рецидивирование на лице высыпаний герпеса 2-го типа сложно. Мне таких высыпаний раньше не приходилось встречать. Но ответ был отрицательным: накануне вообще секса не было. Еще можно было бы предположить контактно-бытовое распространение вируса 2 типа. Это если бы сначала высыпания появился на члене, а потом контактно вирус был инокулирован (втерт) инфицироваными пальцами в подбородок. Но нет. Все было наоборот: сначала высыпания появились на подбородке, а только потом на следующий день - на половом члене.

Таким образом, это был тот редкий и по своему уникальный случай, когда высыпания лабиального герпеса (в данном случае - на подбородке) действительно были вызваны вирусом простого герпеса 2-го типа. К вопросу о разграничении зон рецидивирования вирусов простого герпеса. Ранее мы в клинике установили, что примерно в 15% случаев на половых органах высыпания вызывает вирус 1-го типа, а в 5% - в пузырьках одновременно были обнаружены вирусы 1-го и 2-го типов. Но вот на лице рецидивы высыпаний, вызванных вирусом 2-го типа, ранее ни разу подтвердить нам не удавалось. И вот – случилось. Во истину: век живи, век учись.

Пациенту я расписал схему лечения. С 20 августа начинается иммунизация герпетической вакциной в сочетании с гропринозином, а с завтрашнего дня – вальтрекс в супрессивной дозировке. Общий курс лечения заканчивается последней 10-ой инфекцией вакцины 9.09.09. Посмотрим на это событие с изотерической точки зрения. Мы с пациентом очень рассчитываем, что такая дата окончания лечения прогностически должна иметь благоприятное значение для ожидаемого положительного эффекта. И ведь в каждой шутке есть только доля шутки. Тем более в такой часто эмоциональной и математически неточной науке, как медицина.

Ключевые слова: генитальный герпес

Прощай, дисплазия!

На прием пришла молодая женщина 40 лет с девочкой 5 лет. Лица пациенток показались мне знакомыми, хотя в регистратуре сказали, что прием первичный. Действительно, девочку привели на первичный прием в связи с частыми простудными заболеваниями, постоянным насморком, затяжным кашлем, которые появились после начала посещения детского сада. А вот с ее мамой мы познакомились еще в феврале этого года, когда она была первый раз у меня на приеме. Именно разговор с мамой оказался крайне интересным и во многом поучительным.

Гинекологические проблемы у Ольги начались давно, около 20 лет тому назад с началом половой жизни: «Воспаление у меня - сколько себя помню». Периодически находили то уреаплазму, то гарднереллу. Многократные курсы лечения с применением антибиотиков, противовоспалительных препаратов, иммуностимуляторов приносили временное облегчение, а затем все снова повторялось. Самое обидное, что, несмотря на соблюдение всех рекомендаций лечащих врачей, в том числе ограничивающих половую жизнь молодой женщины, «светлые» промежутки между курсами лечения и необходимостью снова и снова обращаться к гинекологу, постепенно сокращались. В 1996 г. наступила первая беременность, которая успешно завершилась рождением сына. А в 2004 г. от второй беременности родила девочку, с которой сегодня и обратилась на прием.

Счастливое материнство, счастливая семейная жизнь... Все омрачали постоянные гинекологические проблемы, нараставшие как снежный ком. Уже после первых родов развился хронический эндометрит (воспаление слизистой оболочки матки – И.М.) и эндометриоз. Присоединились эндокринологические проблемы: нарушилась нормальная продукция женских половых гормонов. В 2002 г. из-за образовавшейся кисты был удален левый яичник. В матке были обнаружены 3 полипа, на шейке матки – постоянно подкравливающая эрозия и дисплазия. В связи с выявлением папилломавирусной инфекции (ВПЧ), которая, как объясняли женщине, была причиной эрозии и дисплазии и «обычно приводит к раку шейки матки» в 2008 г. вместе с мужем дважды проходили длительные курсы противовирусного лечения. Противовирусное лечение, несмотря на потраченные деньги и побочные эффекты (из-за высокой температуры, постоянного озноба почти месяц женщина не могла ходить на работу), так же повлияло на эрозию и дисплазию, как бой в бубен и шаманские танцы вокруг костра - на стоимость гривни по отношению к доллару. А примерно за месяц до обращения ко мне в клинику еще присоединился и генитальный герпес, что является логическим продолжением и типичным развитием патологического процесса у пациентов, которым многократно назначали курсы лечения антибиотиками с их тяжелым супрессивным воздействием на иммунную систему. За время наблюдения и лечения было проведено 4 хирургических процедуры по удалению дисплазии. Но тщетно: как у фокусника в шляпе всегда обнаруживают кролика, так и дисплазию после каждого контрольного визита к гинекологу снова и снова обнаруживали на прежнем месте в 4-5 точках на шейке матки. Это состояние уже вслух называли предраковым.

В таком состоянии безысходности из-за полного терапевтического тупика женщина и обратилась в феврале этого года ко мне на прием. Я объяснил тогда, что ни уреаплазма с гарднереллой, ни ВПЧ никакого отношения к ее проблемам, включая эрозию и дисплазию, не имеют. Основной диагноз, с которым действительно нужно бороться, это – уро-генитальный дисбактериоз. И применение антибиотиков в данном случае абсолютно противопоказано. При проведении бакпосевов мы действительно выделили из уретры, влагалища, цервикального канала и из мочи бактерию кишечной группы: ползучий рост (тотальное неконтролируемое заселение) протея мирабилис. Из выделенных бактерий в сочетании с некоторыми другими бактериями кишечной группы, взятыми из музея, приготовили аутовакцину, лечение которой закончили в апреле.

Ровно через месяц, в мае того же года, пациентка пошла на плановый осмотр к гинекологу, с которой они за время лечения сблизились и подружились, как это обычно бывает у долго общающихся врача и пациента. Разговаривая и шутя на отвлеченные темы, пациентка забралась в кресло. Доктор, не прекращая разговора, начала инструментальный осмотр. А еще через некоторое время на экране большого монитора, подвешенного к потолку, крупным планом оказалось самое интимное место: шейка матки. И тут доктор остановилась не полуслове, как споткнулась. Очагов дисплазии и эрозии, которые казались непобедимыми, не было. С экрана монитора на пациентку смотрела чистенькая розовая слизистая шейки матки, и трудно было поверить, что «там» ничего такого «раконосного» больше нет.

А ведь ничего такого необычного мы и не делали. Просто адекватно пролечили уро-генитальный дисбактериоз, с которым, собственно, и были связаны нарушение структуры и целостности слизистой оболочки шейки матки. А уреаплазма с гарднереллой во главе с ВПЧ остались, что лишний раз подчеркивало их полную непричастность к данным диагнозам.

Ну, что ж, прощай, дисплазия! Приятно, что ни говори, так случайно узнать о своей маленькой победе над «неизлечимой» болезнью. Победе, которая отменила вынесенный приговор и вернула радость и счастье в большую человеческую жизнь.

(Дальше будет).

Дальше было. Сегодня 17 ноября 2009 г., спустя почти 5 месяцев после майского визита, Ольга была у меня на повторном приеме. При контрольном исследовании мазка из цервикального канала, в котором при первом посещении клиники лейкоциты «густо покрывали все поле зрения» были обнаружены только 2-4 клетки (норма). Контрольные бакпосевы пришли «чистыми», жалоб не было. Но, и самое главное: при контрольном осмотре у гинеколога даже малейших намеков на дисплазию обнаружено не было. Теперь уж точно: прощай, дисплазия.

Ключевые слова: дисплазия, эрозия шейки матки, уро-генитальный дисбактериоз, ВПЧ, аутовакцина.

Клинические дневники доктора Маркова: Июль 2009